– «Я хотел погрузиться в самую суть жизни, добраться до ее сердцевины… Изгнав все, что не является настоящей жизнью!» – подсократив, довершил новоиспеченный оратор.

Воцарилась торжественная тишина.

– Брат Оверстрит! – вызвал Перри.

Нокс поднялся. Нил протянул ему книгу. Перелистнув страницу, тот отчеканил:

– «Если человек смело шагает к своей мечте и пытается жить так, как она ему подсказывает, его ожидает успех, какого не дано будничному существованию»[7]. О да! – глаза его заблестели. – Мне-то как раз и нужен успех! Особенно с Крис!

– Да перестань уже, – состроив гримасу, вырвал у него антологию Далтон. – Мы тут о серьезных вещах говорить собрались!

И, откашлявшись, он продолжил:

Влюбленный на ногах пусть держится едва,Пусть у него гудит от хмеля голова.Лишь трезвый человек заботами снедаем,А пьяному ведь все на свете трын-трава!– Персидский автор[8], – довершил Чарли и, насмешливо хмыкнув, сунул книгу в руки Питтсу.

Моя жена под сим крестомПокой вкушает, дети.Она нашла его на том,А я – на этом свете![9]Джон Драйден, родился в тысяча шестьсот тридцать первом, скончался в тысяча семисотом… Никогда бы не подумал, что у этих ребят могло быть чувство юмора! – хихикнул долговязый, а за ним и остальные. Питтс протянул талмуд Тодду. Взяв книгу в руки, юноша похолодел от страха, но, заметив это, Нил быстро выхватил ее у соседа, пока никто не заметил – а у него сборник вновь отобрал Чарли.

Ты хочешь научить меня любви?Иди-ка наберись ума, девица!Я искушен сполна – и даже бог любви,Коль он не выдумка, мог у меня бы поучиться.Все заохали и заахали, изображая, как впечатлены бахвальством Далтона.

– Хватит, ребята, – запротестовал Нил. – Не шутки шутить пришли, право слово!

– Вот, нашел кое-что посерьезней, – взяв книгу, произнес Кэмерон и зачел «Оду» Артура О’Шонесси.

– Аминь, – изрек кто-то в полумраке. Остальные зашипели.

Когда Кэмерон закончил, он сделал драматическую паузу, прежде чем объявить:

– Артур О’Шонесси. Родился в тысяча восемьсот сорок четвертом, умер в восемьдесят первом.

Все приумолкли. Микс пролистал антологию.

– О, вот отличное стихотворение! – воскликнул он и, насупившись, суровым голосом произнес:

Из-под покрова тьмы ночной,Из черной ямы страшных мукБлагодарю я всех боговЗа мой непокоренный дух![10]Уильям Хенли, родился в восемьсот сорок девятом, скончался в девятьсот тре…

– Тоже мне, муки нашел, – подтрунил над ним Питтс. – Ребята, у нас тут новый товарищ – знакомьтесь, был Микс, стал Мукс!

– Не понял, чем я не угодил-то? – изумился Стивен. Порой он и впрямь был сама святая простота.

Книга вернулась к Ноксу.