Он сейчас ее целует? Гладит колено прежде, чем положить руку на переключатель скоростей?

Пытаюсь раззадорить себя, разозлиться как следует, чтобы гнев заслонил собой другие чувства. И не выходит.

Демон всегда открывал мне дверь машины и всегда проверял пристегнута ли я, хотя сам ездил без ремня безопасности. И если мне было лень пристегнуться, он делал это сам, никогда не упуская возможности распустить руки.

Мне кажется, Горелов вообще не может держать их при себе.

Вспоминаю, как однажды из-за этого мы не смогли даже отъехать от кинотеатра, настолько сорвало ему башню… И потом на запотевшем стекле я рисовала сердечки.

И сейчас, наверное, лапает довольную этим Лариску.

Я уговариваю себя смотреть на чертов Порш.

Я ничего не увижу, это бессмысленно, но отворачиваюсь от окна, только когда машина с визгом выезжает с университетской парковки.

Смаргиваю выступившие слезы.

Как? Как это возможно?

Вот так лезть ко мне, а потом спокойно уехать с другой девчонкой?

Ему вообще нет разницы с кем?

Демон нас за людей не считает, что ли? Или только меня?

Не удивительно, такие, как Горелов, не понимают слабостей и не имеют привязанностей. Его, наверное, позабавило, как я во сне к нему жалась. Только потешила его самолюбие, почесала его ЧСВ.

Я готова провалиться сквозь землю от стыда. Теперь он уверен, что я все еще болею им, и будет давить на это.

Надо собраться. Демон просто застал меня врасплох, когда я не могла защититься после бессонных ночей, после вчерашнего «перевода»… Больше это не повторится.

Совесть у Горелова — рудимент, вроде аппендикса, но если он приперся сюда после моего письма…

Кстати.

Проверяю: мое ночное послание доставлено, но не прочитано.

Капец! Охреневший в конец гад! Гребаный придурок! Сроки он выставляет невообразимые, а сам даже не проверяет готовность, только и может что терроризировать!

Уже не знает, как извратиться, чтобы нагадить!

Голова раскалывается все сильнее. Выпил из меня последние соки.

Воспользовавшись предложением Георгиевой, я собираю вещи и ухожу домой. Мне надо выспаться. И не в такой нервной обстановке.

Дома я выключаюсь и просыпаюсь уже ближе к вечеру. На телефоне меня дожидаются несколько пропущенных звонков и сообщений от Арсения.

«Ну что? Все в силе?»

«Отсыпаешься»?

«Маякни, во сколько будешь готова».

Ах ты Ё! Я подскакиваю на постели с колотящимся сердцем.

Я чуть не прокатила его второй раз. Это уже был бы рекорд с моей стороны!

Уже половина седьмого, а мне бы еще привести себя в божеский вид. Соблазнять Маслова я не собираюсь, но не хочется, чтоб ему было стыдно со мной куда-то выйти.

Отмахнувшись от предложения за мной заехать, я договариваюсь встретить с Масловым в парке у тира. Не люблю, когда вздыхают под руку, пока собираюсь.