Мы срываемся в неизвестность, а я даже не потрудилась спросить, что значило быть девочкой Эмина и ничьей больше. Согласилась столь необдуманно…

Монотонный звук дорогого автомобиля оглушал. Папа не мог позволить себе такую машину — все деньги уходили на бегство. Из года в год. Сотнями тысяч.

И вот все напрасно.

Нас нашли.

— Прекрати реветь, — Эмин хватает руль покрепче.

Его злят мои слезы. Костяшки его рук побелели — то ли от холода, то ли от агрессии. Мы отдаляемся от моего дома с бешеной скоростью, а в моих глазах все стоит отец с простреленной головой.

Я закрываю рот в приступе агонии.

Мы едем недолго. Буквально через несколько минут он тормозит у незнакомой девятиэтажки — прямо у подъезда, чтобы незаметно вытащить меня из машины и как можно быстрее кому-то передать. Как товар.

У подъезда улавливаю нечеткий мужской силуэт. Снег летит в лицо, застилая глаза холодными снежинками. Я пытаюсь сопротивляться — не хочу в другие руки, не хочу в этот подъезд.

— Уноси ее быстро.

— Хорошо, — чужой голос надо мной.

Эмин с легкостью отдает меня и начинает отдаляться. Я четко понимаю, что без него мне не выбраться.

"— Эмин! Эмин! — хрипло зову жестокого человека.

Меня уносили все дальше от него. Сил вырываться из чужих рук не было.

Эмин ведь говорил: «Либо моя, либо ничья». Почему тогда он отдает меня на растерзание?

Но мой крик заставляет его вернуться. Кожей чувствую приближение и замираю в чужих руках. Подъездная дверь почти захлопнулась, отделяя меня от Эмина. Но он вернулся.

— Я отгоню машину и вернусь за тобой. Замолчи, Диана!

Я снова разозлила его.

Но он вернется. И мы вместе найдем мою маму.

Незнакомые руки заносят меня в лифт. Мужчина молчит, я тоже притихла. Кто этот человек?

Его друг? Или сообщник? С чего я вообще решила, что Эмин появился в моей жизни с добрыми намерениями?

— Так тебя зовут Диана?

Я вздрагиваю от вопроса. Хочется вжать голову в плечи — я совсем не защищена.

Качаю головой — Диана.

— Меня Андрей.

Молчу.

— Как себя чувствуешь? Голова не кружится?

— Просто… ужасно, — удается шепнуть.

Мы оказываемся в квартире. Меня кладут на мягкую поверхность, но я даже не могу разглядеть лица того, кто меня раздевает.

— Руки убрал. Я сам. Не прикасайся к ней, друг.

Я откликаюсь на этот голос. Металлический. Подавляющий. Голос Эмина.

Незнакомец отпрянул от меня с бешеной скоростью.

В глазах его «друга» показался страх. Такой, что теперь он никогда не прикоснется ко мне. Даже под угрозой смерти.

Эмин слово сдержал — он вернулся за мной. И тут же принял из рук своего друга.