Сестра не стала пенять мне портретами предков, а только заметила, что жертвовать часть дохода на нужды церкви — правило, которому всем стоит следовать. Тон ее был сдержан, но мне показалось — она в глубине души завидует моей хватке и слегка негодует, что храму досталось мало, но больше я выделить не могла.

— Так что граф? — спросила я, не будучи уверенной, что сестра Феврония, как заправский фокусник, разложит все карты и раскроет зловещие планы, глядя, словно в мистический шар, в мои документы.

Сестра задумчиво потерла лоб, пожевала губами. Граф был нашим обоюдным интересом — исключительно деловым.

— Людей своих у него — один, Елизавета Григорьевна, а раз людей меньше пятнадцати, то он с их трудов в казну ничего не платит. — Я кивнула: Лука говорил мне то же самое, и в солдаты потому у меня никого забрать принудительно не могли. — Земли у графа свои да в аренде, причем ваших-то больше; на каждую свою десятину он две ваших взял — вот и подати меньше, а вырастет, не вырастет, продастся, не продастся…

Я назвала графа Ноздревым, но в нем многое и от Чичикова. Реализовал уже мертвые души, почему бы и нет? Гениальная схема пришла кому-то в голову в нашем мире — знаменитая поэма была написана на основе реальных событий…

Мертвые души и афера с арендой не давали ответ, для чего графу Око. Я не списывала алчность на азарт — азартные люди обычно нищие. Граф четко знал, когда остановиться.

— Это законно?

— Как земская комиссия посчитает, — зловеще ухмыльнулась сестра Феврония. — Граф земель набрал не по средствам, поля не паханы толком, не сеяны… Пахать для виду он пашет, но, поди, и семена-то не куплены. — Сестра показала мне зачем-то мой договор, я наморщила лоб — ничего в договоре про семена не говорилось, возможно, какой-то вывод проистекал из особенностей законодательства, прекрасно известных купеческой дочке и абсолютно незнакомых при этом мне. — Добро бы тут ничего не росло, так вон Павел Юрьевич, у которого ни пяди не пропадает.

Я посмотрела на нее, она — на меня. Почему бы земской комиссии не приехать, без слов поняли мы друг друга, как можно скорее? И графа я пока отправила в долгий ящик, к вящему недовольству сестры.

— А я? — я заправила за ухо выбившуюся из косы прядь. Сестра взглянула на меня настороженно. — То, что… с моим имением, сестра? Залог, земли, которые я отдала в аренду? — Я наконец выдала свою «легенду»: — Как мне быть теперь с платой в казну?

Сестра отмахнулась, словно речь шла о чем-то совершенно незначимом, и быстро перелистнула бумаги.

— Десятина с арендной платы, но я не вижу здесь ничего для расчетов?..