Но барьер, измененный нами на вершине Железной горы, держал. Каждое заклинание, долетая до него, просто растворялось, рассыпалось снопом безвредных искр. Огонь гас, не успев коснуться цели. Лед таял в воздухе. Молнии растворялись в ничто.

Маги удваивали усилия, их лица покрывались потом от напряжения, посохи дымились от перенагрузки, но результат был тот же. Невидимая стена стояла нерушимо.

— Сильнее! — кричал Валерий. — Все вместе! Максимальная мощность!

Пятеро магов сплели свои силы в единое заклинание и обрушили на барьер такой удар, что земля содрогнулась, а воздух засветился от перенапряжения.

Это было заклинание, способное разрушить небольшую крепость.

Но барьер даже не дрогнул.

Лорд Валерий смотрел на это с недоумением, которое быстро сменилось яростью.

— Бесполезно, лорд, — сказал старший из магов, опуская руки и тяжело дыша. — Структура заклинания нам неизвестна. Его невозможно разрушить стандартными методами. Нужно время на изучение.

— Времени нет! — взревел Валерий. — Тогда проломить силой! Рыцари! В атаку!

Тяжеловооруженные всадники выставили вперед копья и пустили коней в галоп.

Земля задрожала под копытами сотни боевых скакунов. Это было страшное зрелище: лавина из стали и ярости, готовая смести все на своем пути. Солнце отражалось от доспехов и наконечников копий. Боевые кличи рыцарей сливались в единый рев. Они неслись прямо на нас, и казалось, что ничто не способно их остановить…"

"Но все они с глухим тошнотворным звуком врезались в невидимую стену.

Первые ряды всадников были буквально размазаны о барьер. Боевые кони, несущиеся в полном галопе, ударялись о невидимую преграду с такой силой, что их шеи ломались с хрустом.

Рыцарей выбрасывало из седел на десятки ярдов, их тяжелые доспехи сминались от чудовищного удара. Те, кто ехал во втором и третьем рядах, не успевали затормозить и врезались в своих же товарищей, создавая кровавую свалку из людей, коней и железа.

Стоны раненых и испуганное ржание уцелевших лошадей наполнили воздух. Поле боя превратилось в месиво из крови, грязи и искореженного металла.

А орки стояли. Они стояли молча, за своим невидимым щитом, и просто смотрели. Их лица были непроницаемы, но в глазах читалось не торжество, а что-то другое: печаль о напрасно погибших, презрение к тем, кто послал их на смерть.

Их молчание было страшнее любого боевого клича. Оно говорило о силе, которая не нуждается в демонстрации. О достоинстве народа, который больше не будет унижен.

Лорд Валерий был мертвенно бледен. Его великолепная армия, его могучие маги, его ультиматум — все рассыпалось в прах о невидимую преграду. Половина рыцарей была мертва или ранена. Кони метались без всадников. Маги стояли, опустив головы, признав свое поражение.