Вряд ли я готова убедиться в том, что Антону плевать на меня в целом и мои якобы соблазнительные ноги в частности.
– Так что у вас случилось? – интересуется он, прежде узнав Танин адрес, и легко выезжает с парковки перед баром на дорогу.
Пока я размышляю над наиболее удачными и емкими формулировками, Таня избавляет меня от страха сказать лишнего о ее проблемах:
– К нам подкатила парочка не совсем трезвых мужчин. А у меня с этим некоторые… проблемы. Иногда не очень адекватно реагирую. И такси не люблю.
– Понятно, – Антон кивает и тактично не задает лишних вопросов о причинах ее поведения; с трудом я борюсь с внезапным порывом дотронуться до его руки. – Все обошлось?
– Да, конечно, – заверяю я. – Это так, перестраховка. Спасибо, что приехал.
– Спасибо, – повторяет Таня с искренней благодарностью и заодно завуалированно извиняется за беспокойство: – Это я Веру переполошила.
– Не за что. Часто у вас такое?
Таня трясет головой:
– Нет. Я впервые за несколько лет выбралась куда-то вечером."
"– А к тебе, – Антон вдруг поворачивается в мою сторону, – часто так «подкатывают?
– Ко мне? – от растерянности я не к месту смеюсь. – Разве я похожа на тех, к кому подкатывают?
– Почему нет? – Он бросает на меня быстрый хмурый взгляд. – Ты красивая женщина.
Вдох замирает на приоткрытых губах, и я не сразу нахожусь с ответом: кажется, Антон впервые столь прямо сделал мне комплимент.
– Я редко куда-то хожу, – признаюсь я честно.
– А хотела бы? – остановившись на светофоре, он снова присматривается ко мне, словно старательно изучает доселе неизведанный и оттого загадочный объект.
Не первый раз за вечер я пожимаю плечами, чувствуя покалывающее изнанку кожи раздражение.
– Не знаю.
Антон молча кивает, и последние десять минут пути мы проделываем в тишине.
– Здесь? – Он тормозит у нужного подъезда.
– Да, – подтверждает Таня. – Спасибо, что подвез!
– Я тебя провожу, – сообщаю я, едва ее не перебив.
Прежде чем мы проведем с Антоном еще около получаса наедине, в салоне навевающего десятки совместных воспоминаний автомобиля, мне нужно перевести дух. Несколько живительных минут вне поля действия крадущего кислород напряжения.
Антон и Таня прощаются. Мы с ней выбираемся из машины и скоро забегаем в подъезд панельной пятиэтажки. Лифта нет, подъем на последний лестничный пролет проходит в болтовне.
– Все-таки он красавчик у тебя.
Я тяжело фыркаю от смеха: дыхание сбивается уже на третьем этаже.
– А то ты фотографий не видела.
– Не, это не то. Вживую хотя бы понятно, на что ты клюнула.
– Да? И на что же?
– На его собранность.
– Что? «Собранность»? – переспрашиваю я с сомнением.
Мы останавливаемся у двери квартиры, синхронно и шумно дыша.
– Ага. – Таня кивает.
