Последний час они провели наедине, в креслах у балюстрады, потягивая красное вино и почти не прикасаясь к сыру. В основном молчали, потому что прислушивались к приёмнику, который дер Даген Тур распорядился вынести на террасу. Но услышав вопрос, алхимик снизил громкость до минимума и ответил:
– Я восхищаюсь… э-эээ… людьми, управляющими катерами, поездами, автобусами, они доставляют людей к подъёмникам и возвращаются за другими. Делают всё, чтобы помочь другим.
– Они молодцы, – согласился Помпилио.
– Это подвиг, мессер.
– Да, Мерса, они могли бы отказаться, оставить поезда и катера и пойти к подъёмникам, но продолжают работать, делать своё дело. Они не сдаются.
– Я надеюсь, им повезёт. Им всем.
– К сожалению, везение – единственное, на что сейчас могут рассчитывать траймонгорцы. Они через многое прошли, чтобы создать свою планету, и, мне кажется, Добрые Праведники действительно задолжали им немного везения. Хотя бы чуть-чуть.
Ведь укрытия в Небе не гарантировали спасения. Абсолютно ничего не гарантировали, потому что после удара траймонгорцев ожидали новые испытания и страдания.
Подъёмники и промышленные краны работали безостановочно, и только на подъём людей. Однако беженцы прибывали с такой интенсивностью, что толпа внизу не уменьшалась, а росла. Непрерывно росла, но военным и серифам пока удавалось поддерживать порядок. Подходы к спасительным подъёмникам были грамотно перекрыты, людей пропускали строго рассчитанными партиями и очень жёстко пресекали любые попытки прорваться без очереди.
«Я постараюсь помочь всем, но не допущу хаоса, – сказала Феодора в очередном обращении. – Я не могу рисковать работой подъёмников, они очень важны для всех нас. Поэтому военные будут стрелять без предупреждения».
И окружила подходы к Небу не цепью солдат, а заграждениями из мешков с песком и бетонных блоков, бронеавтомобилями и пулемётными гнёздами. Поэтому подъём беженцев осуществлялся спокойно и без эксцессов. Наверху же их встречали и отправляли дальше: кого-то – по Стремлению, кого-то на машинах или местных поездах, кто-то шёл пешком.
Траймонгорцы уходили в Небо.
– По радио говорили, что в Каслиди царит хаос, а здесь сохраняется порядок, – продолжил алхимик. – Удивительно наблюдать настолько разное поведение, если учесть, что астероид летит и на тех, и на других."
"– Люди поверили Феодоре и делают то, что она приказала, – ответил дер Даген Тур. – Им страшно… разумеется, им страшно. Но они верят и поэтому уходят, бросая дома, скарб, животных, бросая всё, что нажили они и их предки, пытаясь спасти свои жизни и жизни своих детей.
– Всё так, мессер, – произнесла вышедшая на террасу женщина.
– Сенатор. – Помпилио поднялся на ноги и кивнул.
– Я вам не помешала?
– Нет.
