– Месье Видок!
– И поскольку я хорошо знаю людей, – безжалостно продолжал бывший полицейский, – то никогда не поверю, что так вы могли себя вести из-за того помешанного бедняги или из-за его доктора, который годится вам в отцы. Ну так что, мадемуазель Полина? Вы скажете нам правду или мне самому ее сказать?
– Погодите, погодите, я что-то не понимаю… – заволновался Алексей, переводя взгляд то на барышню Серову, то на Видока. – Полина Степановна! Так этот сумасшедший…
– Уверена, что сумасшедший настоящий, – сказала Полина, насупившись. – И если кто-то пожелает навести справки в Ла-Рошели, они вполне его удовлетворят.
– Но больной все равно не Франсуа Робо? – настаивал совершенно сбитый с толку офицер.
– Нет, именно Франсуа Робо. – И вдруг Полина сердито воскликнула: – Но это не тот человек, с которым я беседовала на берегу! Ясно вам? На берегу я разговаривала с… с совсем другим человеком!
Девушка раскраснелась и сидела, глядя исподлобья на своих собеседников.
– Вы хотите сказать, – медленно начал Алексей, – что человек на берегу…
– Был император Наполеон, – закончил за него Видок. – Настоящий. Потому что он действительно бежал с острова Святой Елены. И действительно скрывался. А врач в том доме одновременно и его доктор, так как император болен, и доктор двойника, который, так сказать, его прикрывает.
– Ну вот, вы обо всем догадались, – надулась Полина.
– И вы ничего не сказали… – начал закипать Алексей."
"– Я же не могла сказать вам правду в присутствии его врагов! – отрезала Полина. – Как только появился двойник, я сразу же сообразила, куда клонят наши враги, и поддержала их игру. Серж даже не усомнился, что видит именно того человека, с которым я встречалась. – Девушка вздохнула. – А у меня осталась его книжка. Из Раматюэля, помните? Правда, он даже не дочитал ее.
– Но вы могли сказать нам позже! – настаивал Алексей.
– Я собиралась, – призналась Полина, – но, знаете, такие вещи как бы между прочим не сообщают. А впрочем, даже если бы я захотела промолчать, месье Видок все равно бы обо всем догадался. Не правда ли?
– Вы и представить себе не можете, как я завидую вам, – вздохнул теперь Видок. – Как вы думаете, мы еще увидим его когда-нибудь?
Полина покачала головой.
– Нет. Я уверена, что он сразу же после нашего визита покинул Ниццу, и теперь его уже никто не найдет.
– А он говорил вам… Он вернется?
– Нет. Не вернется.
– А может быть, еще передумает?
– Нет, – твердо ответила Полина. – Он принял решение и уже его не изменит.
– А как было бы здорово… – мечтательно проговорил Видок. – Все-таки время империи – золотое время!
– Нет, я думаю, что император принял правильное решение, – возразил Алексей.
