— Марусь! — стучит у меня в висках испуганный голос Ланки, — ты красная вся! Марусь! Что? Черт! Врача! Срочно!
— Нет! — я спохватываюсь, ловлю ее уже у самой двери, не позволяя переполошить людей, — все нормально! Просто… Устала…
— Блин, Маруся… — Ланка возвращается, садится обратно у кровати, гладит меня по руке, — перепугала меня… А я еще , дура, рассказываю тебе…
— Расскажи про Вальчика, — прошу я, осознавая, что еще чуть-чуть, и сестра бы притащила сюда врачей, а, значит, я опять осталась бы в неведении.
— А что говорить? С ним все хорошо, он же не видел ничего практически, эти твари его сразу в другую комнату и двери заперли, — Ланка, пару секунд внимательно поизучав мое лицо и не найдя в нем тревожных признаков, расслабляется, лицо ее начинает светиться мягко и нежно, — после того, как Каз… Ну, узнал, куда нужны деньги, то прямо в лице поменялся… А я же ему все рассказала, Марусь! Не стала скрывать! И про Серегу, и про коллекторов… У них самих-то он не мог спросить…
— Почему?
— Да потому что… Ой… Черт… — Ланка вздыхает, — Марусь, я не хочу говорить… Да и Каз… Хотя, ладно, все равно же узнаешь… Короче говоря, ты же помнишь, что в тебя этот второй отморозок стрелял?
Киваю.
Не помню, но, наверно, так и есть… Не просто же так я тут валяюсь.
— Ну вот… — продолжает Ланка, — я попыталась у него пистолет отобрать, а он меня отшвырнул и нацелился… Я думала, что все… И тут, знаешь, так быстро все случилось! Я не поняла, когда Каз в комнате оказался, я даже сразу не поняла, что это он… Думала, кто-то третий, из их компании. А когда в себя пришла, то уже все… Тот, в кого ты стреляла, лежал в кровище. А тот, кого Каз помял… Ну, там фарш был, Марусь. Смотреть страшно. И, главное, быстро так, буквально я два раза моргнуть успела! Он просто машина какая-то бешеная…
Я прикрываю глаза, в голове вспышками воспоминания, как он дрался на ринге. Машина, да… Не остановить…
— Я, когда поняла, кто это, сначала к тебе побежала, а ты в крови… И я скорую, и Казу ору, чтоб скорую! А он, знаешь, тебя увидел и бледный стал, как бумага! Только глаза и брови на лице чернущие, мне на него даже страшнее смотреть было, чем на тебя! Я тебе первую помощь оказывать, а он на колени упал рядом и смотрел, смотрел, смотрел… Я думала, если с тобой… То он тут же и ляжет рядом, такое было лицо! А потом я сказала, чтоб скорую, и он ожил, на руки тебя подхватил и вниз потащил! А я к Вальчику… А потом полиция… Соседи вызвали на выстрелы… Но их быстро отправили…
— Кто?
Я так и лежу с закрытыми глазами, изо всех сил пытаясь не представлять то, что происходило в квартире сестры. И не думать, почему Каз там оказался.
