— Виктор, Виктор… — давилась я всхлипами, а муж отводил в сторону мои тяжёлые волосы. Едва заметно касался кончиком пальца ладошки сына.

— Какой же он, какой же он… — Задыхался, муж и качал головой, глядя мне в глаза. —

Ты все смогла, моя родная, ты все смогла.

Я понимала, что ничего бы я не смогла без него. Без этого чертового предателя, который оценил наш брак, нашу с ним жизнь в какую-то девку!

Я прекрасно понимала, что без него я не смогла бы родить ребёнка, я бы не смогла вообще забеременеть, и вот как это было по-дурацки и глупо — ненавидеть его и любить, мысленно благодарить, шептать:

— Виктор, спасибо тебе, спасибо тебе за ребёнка, спасибо за моего мальчика.

Я не понимала, как такое возможно.

Поэтому поднимала на него заплаканные глаза. Я не знала, что ещё сказать, а муж проводил меня по щеке, кончиками пальцев смахивая слезы, и только повторял:

— Ты справилась, моя девочка, у тебя получилось, самого чудесного сына родила. Такого больше не будет. Самый, самый чудесный сын.

Голос у Виктора дрожал и мне хотелось посмотреть и навеки запечатлеть в памяти его этот образ. А в груди все сжималось, потому что это было не так как в первый раз.

Тогда я лежала в родовой и понимала, что наверно умру. Тогда мне было так больно, холодно и сыро, что я не запомнила как появилась на свет Роза и только крики медперсонала звучали в голове.

А сейчас…"

"Внутри начинало греться большое солнце. Всеобъемлющее и от этого еще более теплое. И малыш который ерзал по груди. Взмахивал маленькими ручками.

Грудь распирало от рыданий и какого-то счастья, которое я выносила сама.

И Виктор наклонялся ко мне, сдвигал со лба медицинскую шапочку, придерживал нашего мальчика, проводил дрожащими пальцами ему по тонкий волосикам…

— Тише, не бойся, Зои… — повторял бывший муж тяжело дыша.

И голос у мужа дрожал. А мне хотелось на эмоциях плакать в голос.

Я не думала, что смогу родить. Я не думала, что снова окажусь в родовой. Я не знала, что мне будет так страшно и счастливо одновременно.

Я не помнила, чем закончилась операция, я не помнила, как меня переводили в послеродовую палату, я просто помнила его слова, его руку, сжимающую мои холодные пальцы, его горячее дыхание, когда он наклонялся, чтобы забрать маленького Макара.

Я помнила, как мне было с ним больно.

И в то же время я поняла, как я сильно его любила…

Глава 53

Виктор.

Полгода спустя.

— Давай, малыш, давай, — произнёс я, наклоняясь над колыбелькой и щекоча Макару животик. Сын вскинул ножки, схватил их ручками и закачался из стороны в сторону. — Ух ты, какой богатырь.

Пока Зоя спала, я мог находиться рядом с ребёнком. Да все у нас было странно.