Семья Обергов – это круглосуточная работа. Мы несем ответственность за тысячи людей, за тысячи семей. Каждый день ворох вопросов, которыми вы должны будете заниматься. Поверь, хватит всем. Это не должность, которую ты получишь по протекции. Это головная боль, которая никогда не пройдет. Ты же знаешь, насколько ответственен мой сын. У тебя уже есть работа. Пожизненная, Клим. Я рада, что с Генри рядом ты. Ты силен, девушке это было бы не под силу. Выдержать этот ритм. Когда я выходила за его отца, сеть была гораздо меньше. Были совсем другие стандарты. Поверь, поступить лучше, чем просто идти с ним и в жизни, и в работе плечом к плечу, ты не сможешь.
Она еще раз поправила галстук на моей шее:
– Что же касается данного мероприятия. Что бы сейчас люди ни сказали – они об этом забудут уже через месяц. Но спустя даже целую жизнь они не забудут, что их сюда не пригласили. Наслаждайтесь друг другом, порадуйте нас с Гудбрандом своим присутствием, пока вы не уехали, порадуйте остальных своим счастьем.
Лаура хитро подмигнула:
– В крайнем случае, побесите.
Вышел из номера вслед за его матерью. Она словно модель ступала по дорогому ковру на тонких шпильках. На ее стройной фигуре переливалось серебряное платье. Я был в черном костюме. Порадовать Генри? Я с удовольствием порадую его. Теперь моя очередь делать его счастливым. Он уже сделал достаточно.
Мы все собрались на террасе в самом дорогом ресторане Екатеринбурга. Еще было тепло, середина сентября.
Здесь не было цветов. Несколько круглых столов были накрыты белыми и темно-синими скатертями. Стояла белоснежная посуда и много стекла. Все ели приборами из чистого серебра.





