Теперь только как-нибудь выкручиваться. Это не проблема, лишь бы мама подыграла.
Глава 22. Таня
Ни за что бы не призналась вслух, но день прошел великолепно. Дело не только в том, что мы с начальником прекрасно сработались, потому с документацией расправлялись слаженно и четко. Но возникло и другое ощущение: Андрей в неформальной обстановке раскрывается с каких-то других ракурсов. Понятное дело, что я все его намеки мимо ушей не пропускала, но все же они звучали не угрозами, а непринужденным стебом. Он очень самовлюбленный, но его самолюбование какое-то естественное, поверхностное и потому не раздражающее.
Или я попросту начала привыкать? А почему бы не привыкнуть, если общение протекает уж слишком легко? Только помнить о том, что он все-таки хищник в засаде, и послаблений не давать. Да не верить ни единому его слову, если речь не идет о работе.
Вот только последнему заявлению не поверить было невозможно. Легко представилось, как вытягивается лицо Владимира Александровича, а потом несутся слова о том, что сыночек его эгоистичный мог бы и другую девочку для постельных утех приспособить, а не дочь бесконечно уважаемого им человека. И конец его монолога в моих жутких фантазиях запросто тонул в Мендельсоне.
Понятно, что через силу нас женить никто не станет, но все же неприятностей будет предостаточно. Не катастрофа, но лучше бы избежать.
Прятаться в шкафу я не собиралась, вначале залетела в первую спальню, но потом медленно выдохнула и аккуратно приоткрыла дверь. Интересно же, как Андрей родителей выпроваживать решил. Прижалась к стене и осторожно выглядывала из-за косяка, решив хотя бы любопытство удовлетворить, раз страха почти не осталось.
Владимира Александровича я не видела, но его зычный голос раздавался громко:
— Сын, какими судьбами?
— Я-то какими? — Андрей отвечал без напряжения в голосе. — Решил отдохнуть после тяжелой недели. А вот вы какими? Тоже от чего-то отдыхаете?
— Да просто мысли совпали! — расхохотался его отец. — Свежего воздуха глотнуть решили. Так ты не один?
— Не один, — чуть тише ответил Андрей. — И знакомить желанием не горю, сами понимаете.
— Понимаем, понимаем! — Владимир Александрович выступил дальше, и потому я быстро спряталась. — Похоже, дорогая, нам с тобой придется глотать воздуха в другом месте.
Голос матери звучал спокойно и ласково:
— Мужчины! Ох, не нравятся мне такие настроения, прямо скажу. Давай, Володя, хоть чаю выпьем, а потом уж и уедем, раз родной сын от нас свою девушку прячет.
И вот ответ ее супруга мне не понравился — будто цинизмом окатил:
— Да перестань, Людмил! Как будто сама не знаешь, что не каждую девушку с родителями побежишь знакомить. Молод еще наш сын для того, чтобы на свободной жизни крест ставить.
