Кривая усмешка исказила поплывшее лицо, и изумленным взорам студентов открылись замаскированные магией шрамы. Похоже, Митрослав попал под чьи-то огромные когти. В этом мире целители то ли не знали о существовании пластической хирургии, то ли мужчине было достаточно просто поддерживать иллюзию. Ошеломленная аудитория молча смотрела на изуродованного преподавателя, который как ни в чем не бывало продолжал:
— Существуют разные классификации и бестиарии. К примеру, чудовища делятся на стайных, стадных, коллективных и одиночек. Последние наиболее опасны, поскольку их чудовищная сила позволяет никого не опасаться в ареалах обитания.
— Разве стада и стаи не одно и тоже? — спросила наша заучка, старательно игнорируя смешки за спиной. Старались те самые сибиряки: они сидели как раз между нами, в середине аудитории. Смелые ребята. Надо будет с ними поговорить о жизни…
— Отнюдь. В стада собираются относительно безопасные чудовища.
Судя по презрению в голосе и состроенной гримасе, у преподавателя были какие-то личные счеты с любителями легкой добычи.
Тем временем Митрослав Полтыгин сел по-турецки прямо на пол и свел вместе ладони, прикрыв глаза. Ни дать ни взять — медитирующий монах. Не хватало только протяжного «о-о-ом». Вместо этого мы увидели, как вокруг него постепенно сгущается молочно-белый туман. Внезапно он сложился в фигуру высотой в половину человеческого роста, отдаленно напоминающую оленя. Правда, у этого почему-то было две головы и шесть ног, а между рогами ветвились молнии.
— Радолы — одни из самых известных чудовищ.





