И теперь он убьет их всех. Одного за другим. Но последнего он будет убивать долго, очень долго, пока тот не расскажет ему, где они спрятали Кошку. Только увидев Кошку - живую, целую - Хромой разрешит ему смерть.
Он еще раз прикинул расстояние, отделяющее его от врагов, и перестал обращать внимание на первых трех. Далеко. Еще не опасно. Те, что подкрадывались сзади, быстро приближались, ловко укрываясь за поросшими травой кочками. И снова что-то нелепое, неестественное померещилось Хромому в этих фигурах. Потом. Сначала - убить.
Он медленно потащил из-за пояса маленькое тростниковое копьецо с каменным наконечником, не отрывая глаз от врагов нашарил лежавшую рядом палку. Палку, концы которой были стянуты жильной тетивой. Такую палку Странный учил называть ""лук""."
"Больше всего Хромой боялся теперь, что ЭТИ могут испугаться и убежать; поэтому он прицелился в того, который был дальше. Тетива прогудела басовито, злорадно, больно хлестнула сжимающую лук руку. Копьецо с резким свистом метнулось над верхушками трав, и Хромой отчетливо услышал тупой удар каменного наконечника в плоть - знакомый уху воина звук, который оно не спутает ни с каким другим. Но не слишком ли громким он был, этот звук?
Тот, в кого целился Хромой, злобно вскрикнул и пошатнулся, но не упал. Другой приостановился было и обернулся к нему, но - еще один каркающий выкрик, резкий взмах руки, и оба стремительно бросились к Хромому, пригнувшись, прикрывая согнутой рукой лицо. Хромой, не оборачиваясь, понял, что те, которые теперь сзади, сделали так же.
Он вскочил на ноги, выхватил новое копьецо, рывком натянул тетиву, целясь в переднего. Но не выстрелил. Потому, что понял: стрелять бесполезно. Потому, что рассмотрел наконец, почему фигуры ЭТИХ показались ему такими странными. Потому, что грудь и живот каждого из них закрывала тусклая чешуя, от которой и отскочило первое выпущенное им копьецо. И такая же чешуя закрывала их головы, похожие из-за этого на непомерно огромные уродливые черепа. И такая же чешуя закрывала одну руку каждого от кисти до локтя, и этой рукой каждый заслонял лицо.
Стрелять в ноги? Тонкое легкое копьецо убивает, попадая в живот, в шею, в глаз. Проколи оно ногу или руку хоть насквозь, настоящий воин и не заметит раны. Хромой не заметит. И ЭТИ, конечно, тоже. Это смерть. Их слишком много для одного. И если маленькое копьецо не пробило их чешую, то и большое может не пробить, и даже нож Странного. И не убежать: ЭТИ быстры и знают свой мир лучше. Это смерть.
