Она подружка Герыча, они вместе учились… А что?
– Да понимаешь, морда какая-то у нее уж больно знакомая. Знаю, что видел ее, никак не могу вспомнить – где?
– Ну-ну, это интересно. Давай вспоминай!
– Не, я могу не вспомнить. Я институтов не кончал, у меня голова… того… туго соображает…
– Тогда давай так. Она придет в следующий раз, я вас рядом посажу, и будете вспоминать друг друга до посинения. Идет?
– Давай, мне-то что?
– Слушай, Крот, а может, ты ошибся, может, не ее видел, а похожую на нее?
– Может, и так. Но морда знакомая – это точно!
– Ладно, это мы решим.
– Да ладно, я что, не понимаю… А насчет моего хозяина как? Он опять поднялся, объекты берет, деньга у него повалила. Нам зарплату хорошую дал и премию обещал, как пруд доделаем… Все довольны, пашут как папы Карлы.
– Поднялся, говоришь? – В голосе Виктора слышалась злоба. – А сучка его татарская как себя чувствует?
– Я про жену не знаю! Я че, в доме ихнем бываю?!
– Мог бы и побывать! Ходил же один раз и еще сходи, посмотри, как она… Похоже, живучая оказалась, чурка! Жалко, не сдохла тогда в лесу! Ну, ничего, мы ее еще разок в лесок свозим! Поедешь в этот раз с нами?
– Поеду.
– А мы на двух машинах поедем! Тогда она четверых выдержала, а сейчас нас в два раза больше будет! Посмотрим, как она в этот раз запоет!
Пацаны заржали.
– А тогда что пела?
– Да я тебе сто раз рассказывал!
– Ну, еще раз расскажи, интересно же…"
"– «Ой, мальчики! Только по животику не бейте! – писклявым голосом заскулил Епифанцев. – У меня там татарчонок узкоглазый! Трахать – трахайте, а живот не трогайте!»
Снова лошадиное ржание.
– Да, дорого мне Игнат заплатил за свою жадность! Будет знать, как сирот обижать! Представляешь, Витек, я на него два месяца почти бесплатно пахал! Он, гад, мне копейки платил да еще жизни учил! «То не делай, так не говори!» Без него грамотные! Я что, дурак, что он меня учить берется?! Я, может, умнее его!
– Правильно, Крот! Таких зарвавшихся уродов надо на место ставить! Скоро мы его и поставим… И его, и Фатиму узкоглазую…
– А ее – «раком»!
Ржание из «прослушки».
Потом голоса стали стихать и вскоре стихли совсем.
Аришу я застала дома, но собирающимся в казино.
– Дед, похоже, тебе придется помочь мне со снотворным.
У Ариши был старый знакомый – главврач нашей горовской больницы. Они иногда встречались за покерным столом, вели светские беседы, и стоило Аристарху Владиленовичу пожаловаться на плохой сон, как доктор предлагал ему хорошее снотворное. Оно было быстродействующим и совершенно безобидным.
