Он захотел ее вопреки доводам рассудка, здравому смыслу и обстоятельствам. Увидел и не смог оторвать глаз. Прикипел к ней. Стал зависим от нее. Понимал, что нельзя хотеть эту девушку. Прикасаться к ней нельзя. Смотреть в ее сторону. Обещал, давал слово, запрещал себе. И каждый раз тянулся к ней, нарушая все правила и законы. *** — Полина Владиславовна, мое почтение, — мужские губы изогнулись в кривой ухмылке. — Руки убери…те, господин заместитель губернатора! — прошипела девушка. — Поля, прекрати истерить, — понизив голос, произнес Барновский. — Жене своей будешь приказывать! Понял?! Чего ко мне прилип?! — взвилась Архипова и еще дальше отодвинулась от мужчины. — Ненавижу тебя, скотина! — Я и сам себя ненавижу, Поленька, — очень тихо прошептал он, глядя Полине прямо в глаза. — Буду ждать тебя. Сегодня. На нашем месте.
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Полина слышала, как негромко захлопнулась дверь. Мама вышла из комнаты. Но любимая мамочка уже не занимала мысли Полинки. Она думала о другом человеке. О том, который беседовал с ее отцом.

Высокие и широкоплечие мужчины о чем-то беседовали, стоя друг напротив друга. По напряженным позам становилось ясно, что разговор был сложным. Полина знала характер отца, видела, что папочка рассержен. А Слава не уступал ему, говорил отрывисто, тихо, и взгляд Барновского скользил по окнам особняка, пока ни остановился на том самом окне, в которое едва не вывалилась Полина.

Поля прижала ладонь ко рту, пытаясь подавить всхлип. Даже на расстоянии было видно, как сильно изменился Слава за те две недели, на протяжении которых она не видела любимого. Похудел. Осунулся. Темные круги под глазами. И глубокая складка меж бровей.

– Папа! Не трогай его! – Полина уже после поняла: она выкрикнула эту фразу настолько громко, что заглушила все шумы и голоса, доносившиеся из сада.

Но забирать собственные слова было поздно. Да и не стала бы так поступать Полина. Потому что Слава сейчас здесь. В нескольких шагах от нее. Смотрит на нее, запрокинув голову. А люди отца преграждают ему путь в дом. За спиной Славы остановилась и его охрана, однако по поведению Белявского было ясно: у них приказ не вмешиваться.

А еще Поля увидела, как в саду появилась мама. Она приблизилась к отцу, обняла его, о чем-то торопливо заговорила ему на ухо. Девушка видела, как хмурится отец, но не спорит.

Это ведь что-то должно значить?

Полина крепко зажмурилась и отвернулась от окна. Задернула шторы

Руки тряслись, мысли путались, в душе у Полины творилось черти что. Царил убойный коктейль из радости, эйфории, страха, обиды, неверия. Даже ревность была, что уж скрывать.

Поля ринулась в ванную комнату. Не закрыв двери на защелку, торопливо умылась, потянулась к полке с косметикой.

Пальцы не сумели удержать какой-то флакончик, когда Поля осознала, что в ее спальню кто-то вошел. Нет, не «кто-то», а Слава. Полина точно знала, что это он – Вратислав Барновский.

Более того, она чувствовала, что он стоит прямо за дверью. На расстоянии вытянутой руки. Нужно всего лишь толкнуть деревянную преграду, и Полина увидит любимого мужчину.

А дальше что? Поговорят? Выскажутся... Нет!

А дальше она подумает потом.

Поля шагнула ближе. Толкнула дверь. Прикусила щеку изнутри, чтобы не выдать свои эмоции.

В центре комнаты стоял Слава. Поля моментально подметила, что темные круги под глазами и морщина меж бровей ей не померещилась. Слава выглядел очень уставшим, напряженным, взвинченным."

"Полина сделала крохотный шажок, а Слава уже преградил ей путь. Должно быть, мужчина решил, будто Поля собралась сбежать. Так?

– Поля, хватит от меня бегать.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив