Легкая добыча для хищника. Сунула руку в карман передника, вынимая пистолет. Встала, прицеливаясь. Внимательно наблюдала за зверем, держа палец на курке. Оборотень огромный, с мощными длинными лапами. Шерсть грязная, свалявшаяся, с бурыми подпалинами. В черных непроницаемых глазах ничего человеческого, лишь желание убить.

— Кто ты? — крикнула, не сводя пристального взгляда с оборотня, готовая в любой момент нажать на курок.

— Очнись! Ты человек! Ты не зверь! — Твердила я срывающимся голосом. Волк рычал, низко опустив голову. Казалось мои вопли еще больше распаляют его ярость.

— Стреляйте, Аделия, — неслись мне в спину робкие голоса.

Я знаю, они правы. Но рука дрожит. Я знаю, там за личиной человек и хочу до него докричаться. Волк рычит, но не делает попыток напасть, словно невидимая рука держит его, не давая разгуляться безумию. Я внимательно рассматриваю его. Я почти узнаю, но все сомневаюсь. Не хочу верить. И … мне безумно страшно.

— Брендон, любимый, я чувствую, что это ты, — я говорю тише, знаю, зверь слышит. Пытаюсь говорить ласково, не показывая страх. Страх убивает. Брендон учил меня не бояться.

— Любимый, ты дома, пожалуйста, услышь меня, — срывается мольба с моих губ.

Волк замирает, прислушиваясь. Водит носом, словно вбирая в себя запахи. Я продолжаю говорить с ним, делая шаг вперед. Главное не бояться.

Волк отступает, взгляд меняется и теплеет, разливаясь привычной желтизной. Он трясет лохматой головой, словно избавляясь от оцепенения, протяжно скулит и отступает. Теряется в сумеречной тьме холла. Шуршание разбитого стекла под лапами, скрип оконной рамы. Я понимаю, что волк ушел, выпрыгнул в окно.

Я стою, неверяще глядя в пустоту перед собой. Пистолет сжат в опущенной руке. Подходит Сантина, гладит по спине, прижимает к себе, баюкая, словно ребенка.

— Все закончилось, он ушел, ты такая молодец, не испугалась, — ласково лепечет, пытается успокоить, а мое тело сотрясает крупная дрожь. Я бьюсь в ее руках, пытаясь прийти в себя.

— Это был Брендон, — шепчу ей на ухо.

— Кто знает, — пожимает плечами Сантина.

Вокруг меня начинаются хлопоты. Кто-то сует мне в руки стакан с водой. Женщины успокаивают плачущих детей, пытаются заделать выбитое окно и навести порядок. Я чувствую, что мешаюсь, стоя посреди комнаты, но ничего не могу с собой сделать. Ноги словно приросли к полу. На меня не обращают внимания, у каждого находится работа.

Я незаметно проскальзываю в полумрак холла, накидываю плащ и выхожу из дома. Я знаю, он ждет меня. Вниз, по тропинке, к густым зарослям акации."

"Я вижу его светлую фигуру в вечернем сумраке. Он сидит на земле, прижав к груди колени и опустив голову.

— Брендон, — я кидаюсь к нему на встречу. Присаживаюсь рядом, стягивая плащ и накрывая голые плечи.

Брендон приподнимает голову.