А она, в свою очередь, злобно смотрела на них всех и дёргалась, пытаясь освободить руки. В этот момент её узкие глаза напоминали два красных огонька и отчётливо выделялись на фоне мертвенно-бледного лица.

В гостиной уже давно висела мёртвая тишина — никто не хотел начинать неприятный разговор.

— Я очень сожалею, мисс Краус, — первым нарушил молчание Пендергаст, — но ваш сын мёртв.

Она вздрогнула и застонала, как будто получив сильный удар по голове.

— Он погиб в пещере, — спокойно продолжал Пендергаст. — Это было неизбежно, так как он ничего не понимал и постоянно преследовал нас. На его счету десяток невинных жертв, и нам оставалось только покончить с ним раз и навсегда."

"Уинифред стала ритмично раскачиваться в кресле взад-вперёд, повторяя одно и то же: «Убийцы, убийцы, убийцы». Правда, в её тоне укоризненные нотки уже исчезли, осталось лишь горькое сожаление и материнская печаль.

Кори встрепенулась и изумлённо посмотрела на Пендергаста.

— Её сын?

Тот повернулся к ней и развёл руками.

— Да, Кори, её сын. Если хотите знать, вы первая навели меня на эту мысль. Помните, как вы рассказывали мне о том, что в давние времена мисс Краус славилась своим… как бы сказать, довольно свободным поведением? Так вот, вполне естественно, что однажды она забеременела, и ей пришлось бы уехать из города, чтобы родить ребёнка в другом месте. — Посмотрев на Уинифред Краус, он сочувственно улыбнулся. — Но ваш отец не пожелал отсылать вас неизвестно куда, не так ли, мисс Краус? Он привык по-своему решать такие деликатные проблемы.

По испещрённому морщинами лицу старухи поползли слёзы, а потускневшие от горя глаза потемнели. Она кивнула, и в гостиной воцарилась гробовая тишина. Шериф Хейзен вздрогнул и застонал. Кори повернулась к нему и увидела, что он удивлённо моргает глазами, придерживая рукой окровавленную повязку на голове.

— Боже мой! — едва слышно пробормотал шериф, вперившись взглядом в хозяйку дома.

— Да, — подтвердил Пендергаст. — Её отец отличался крутым нравом и столь фанатичной приверженностью старым порядкам, что запер дочь в пещере, где она и оставалась некоторое время наедине со своим грехом. — Он снова посмотрел на Уинифред Краус. — Именно там вы благополучно разрешились от бремени, а потом отец выпустил вас на свет божий, где вы жили всё это время как ни в чём не бывало. А ваш ребёнок остался в пещере и был обречён провести там всю жизнь, чтобы не разоблачить ваше греховное поведение. Именно там, в глубокой пещере, вы воспитывали его как могли.

Пендергаст сделал паузу, собираясь с мыслями. Уинифред Краус напряжённо молчала, покачивая головой.