У Мани нет даже той мифической близости к сильным мира сего, которая была у нее, пока она работала. Маню в два счета пристукнут — ведь уже предупреждали! — и папка достанется невидимому, виртуальному врагу.

Ах, черт, какая жалость, что ее выгнали с работы и она давно упустила из виду всю ситуацию — кто за кем стоит, кто кого поддерживает, топит, лоббирует… Кто против кого дружит. Может, это и помогло бы…

He зажигая света, Александра принялась варить кофе. На ощупь сделать это было непросто. Посмотреть кассету нельзя. Для этого нужен профессиональный видеомагнитофон. Возможно, из кассеты можно было бы что-нибудь узнать. Конечно, она посмотрит дискету, но — голову можно дать на отсечение через Ванины пароли ей вряд ли пробраться.

Может, отдать ее кому-нибудь из его группы? А кому: Свете, которая не отвечает на звонки, или Владику Донскому, режиссеру? Кофе из чашки выплеснулся Александре на колени. Охнув, она поставила чашку на стол. Стоп.

Света Морозова позвонила ей домой и сказала, что готовится фильм по материалам Вешнепольского. Александра, сказала тогда Света, самая подходящая кандидатура, потому что всю Ванину группу сразу же расформировали. Группу не расформировали бы так быстро, если бы не знали точно, что Иван никогда не вернется. Программа Вешнепольского выходила в редакции общественно-политического вещания, его сотрудники подчинялись продюсеру этого самого вещания, который группу моментально распустил. Именно это царапнуло ее ухо, но тогда она так и не смогла понять, что же ее задело в Светиной речи.

Знали точно…

Никуда Ванька не пропал, его хладнокровно убрали, и готовится что-то очень важное, ради чего все это и было проделано.

Очевидно, это «что-то» связано с Глебовым, раз за этим стоит высокое телевизионное начальство, приказывать которому имеет право только еще более высокая власть.

Зачем же им понадобился совершенно нейтральный фильм, который она склеила? Она-то тут при чем?

Холодея от предчувствия надвигающейся беды, Александра бросилась в коридор, роняя вещи, сорвала с вешалки свой портфель и, дрожа от нетерпения, откопала в нем записную книжку. Пришлось все же зажечь свет, потому что совсем стемнело и ничего было не разобрать. Боясь ошибиться, она набрала номер, молясь, чтобы кто-нибудь ответил.

— Але, — буркнул в трубке заспанный голос.

— Михаландреич, — торопливо сказала Александра, — это Саша Потапова. С Новым годом!

— Здорово, Саша Потапова, — пробурчал шеф-редактор недовольно. — И тебе того же.

— Михаландреич, я прошу прощения, что беспокою, но, помните, у Вешнепольского была редакторша Света Морозова?

— Помню, — ответил шеф-редактор с некоторым удивлением. — Мы с ней в университете вместе учились. В шестьдесят шестом году. Она год как на пенсию ушла.