Иначе, я так накручу твою мать, что она тебя в хиджаб упакует и на цепь прикует.

Дверь закрывается перед моим носом. Ух!

— Дина! — рявкает разъяренно Зоя Леонидовна. — А ну-ка иди сюда!

Бинго! Такая вот ответочка, неадекватная! Посиди пару недель «на цепи».

Глава 3. Гадина

ДинаМой ужин — зеленый чай и киви. Одна штука. Уже несколько лет. На завтрак — сто грамм йогурта с чайной ложкой меда. Если кто-то считает, что мы добираем в обед, то сильно ошибается. Яичный белок с огурцом сложно назвать полноценной едой.

Но бывают неплохие дни, когда мне можно немного гречки с грудкой.

Не часто. Мой тренер утверждает, что я склонна к полноте. Гораздо чаще бывают хреновые дни, когда на обед мне достается только стакан протеина и таблетка витаминов. Потому что я — «жирная корова!».

Считается, что мы привыкаем голодать. И нам это перестает доставлять дискомфорт. Бред. Есть хочется всегда. Усталость тоже чувствуется всегда.

Официально, рекомендованный нам рацион гораздо шире, но, поверьте мне, внутри системы, никого не волнуют рекомендации. Только результат!

Киви… Ненавижу. Больше чем киви, я ненавижу только маму. По сравнению с ними отдыхает даже Дагер! Хотя он тоже входит в десятку.

"

"Разрезав киви пополам, десертной ложечкой ем кислую мякоть, глядя маме в глаза. Она пьет чай с сыром и хрустящей булкой. Я чувствую запах, сглатываю слюну.

— Тебе не стыдно?

— Он соврал.

Мама бросает взгляд на кубик, лежащий на столе.

— Я его помню. Вот эту трещину. Твой отец играл им в нарды. Это наша вещь.

— Я не была у Дагера.

— Ты жалкая и нелепая, Дина. Что с тобой?? Я в твоем возрасте не позволяла себе так запускать себя! Столько лет работать на результат, и за два месяца все спустить на нет.

Еда и прыщавые подростки? Серьезно? Это важнее «золота»?

У Дагера идеальная кожа, так что это она зря. Да и подростком назвать его можно едва ли. Но речь, конечно, не об этом. Засранец подставил меня…

— Я не хочу возвращаться в гимнастику.

— А что ты еще можешь?! Ты и есть гимнастика. Нигде больше ты уже не выстрелишь.

К несчастью, она права. Я не умею больше ничего. Образование мое было благополучно слито. Через классы скакала я формально. Парочку проскочив вообще экстерном. И только тренировалась.

Немного спасали книги.

— Без гимнастики ты ничтожество.

А там… Там ты можешь быть королевой! Лучшей! Ты уже на закате карьеры, а за спиной одно… серебро! — уничижительно.

Попробуй возьми это серебро!

— Я устала.

— Спину давай, — рассерженно цедит мама. — Устала она… Я на тебя всю свою жизнь потратила! Я устала, я! — с надрывом всхлипывает она, доставая из холодильника пластырь. — Гадина… Где ты только еду берешь? Повернись!

Задираю худи, поворачиваюсь к ней спиной. Она наклеивает мне регенерирующий пластырь на позвоночник чуть выше поясницы.