Всё изменилось, стоило только ему снова появиться в моей жизни, но я понимала сейчас, что не хочу никого другого рядом. Только Казанского, со всем его «прекрасным» багажом, который он привносил в мою жизнь. Только этого невыносимого мужчину, который порой сводил с ума.
Утром сижу и пью кофе глядя на просыпающийся город. В том, что вижу за окном, черпаю силы. Кажется, если долго смотреть на то, как прохожие спешат куда-то, увлечённые делами, которые им предстоят, собственные проблемы видятся не такими уж и глобальными.
Отправляю смс Казанскому и получаю в ответ мгновенное:
*Ты точно готова ко всему?».
Боже, ну почему не сказать обо всём прямо? Почему не подготовить меня к тому, с чем я столкнусь уже через пару часов?
«Точно готова. И вообще - перестань меня пугать!»"
"На это сообщение он не отвечает, да я и не жду. Всё кажется таким странным - и его поведение, и моя готовность принять всё, чего бы меня ни ждало впереди.
Он заезжает за мной минут через сорок. Молчаливый и собранный. Едва касается губ поцелуем, когда здоровается, отводит взгляд. Не понимаю, что происходит, но молча иду следом, так же молча сажусь в машину и передёргиваю плечами от холода, хотя салон не успел выстыть.
- Как дела? - спрашиваю чуть подрагивающим голосом, когда Казанский берёт направление в сторону Московского проспекта.
- Нормально. А у тебя?
- И у меня ничего.
Вот и весь наш разговор, такой незатейливый, который порождает только новые вопросы и недопонимание, и ничего больше. Я перевожу взгляд за окно, Казанский - сосредоточен на дороге. Мы молчим, и в этой тишине рождается новый сонм мыслей и вопросов. Чёрт бы побрал босса! Я уже совершенно не понимаю, чего от него ждать.
Ещё минут через сорок мы оказываемся в обычном дворе Питера - абсолютно безликом и стандартном. Алексей паркует машину, пока я пытаюсь составить картину происходящего. Итак, кто-то, близкий Казанскому, живёт в этом доме, во дворе которого мы сейчас находимся. Кто это может быть - я не знаю, и пока узнать это мне не дано.
Просто выхожу из машины, когда Алексей распахивает для меня дверцу. Он кажется чужим, совсем другим, не тем, кого я знала последние несколько дней. А знала ли? Наверное, именно сейчас особенно остро понимаю - нет.
Нервничать начинаю сразу, едва оказываемся в полумраке подъезда. Здесь даже пахнет как-то по- особенному, будто бы в воздухе разливаются нотки адреналина. Он щедро выбрасывается в кровь, понуждая сердце стучать в каком-то бешеном темпе.
-Лёш...
-Что?
Казанский разворачивается, так и не нажав кнопку вызова лифта. На лице - тревога, смешанная с облегчением. Словно боится, что я пойду на попятный, но и хочет этого.
-Ты меня запугал.
Выдыхает рвано, и всё же жмёт на чёртову кнопку. Сверху с приглушённым звуком начинает спускаться кабина лифта.
