Я занял огневую позицию там, где лежали изрубленные самурайским мечом солдаты удачи – надо отдать им должное, выбрана она была со знанием дела, а Спокойный, вооружившись пулеметом, спустился в расщелину, где находился уже не подававший признаков жизни четвертый араб. В нашем распоряжении был целый арсенал – «РПК», гранатомет, два автомата Калашникова, ящик гранат и несколько цинков патронов. «АН-94» с подствольником я отдал Игнатию, два пистолета Макарова унесли с собой мастера восточных единоборств – на тот случай, если бандиты вздумают выставить еще один заслон. Теперь мы могли драться по-настоящему и держать тропу сколь угодно долго. Чтобы выбить нас отсюда, понадобился бы по меньшей мере мотострелковый взвод, прошедший полный курс горной подготовки.
Стрельба в лесочке участилась. Сквозь стрекот автоматов прорывался внушительный баритон «Носорога»: Садовский вел по террористам беглый огонь. Я оглянулся назад, чтобы убедиться: Игнатий и иже с ним ушли. Они действительно ушли. Мы же остались и молили Бога лишь о том, чтобы бандиты не вызвали вертолет огневой поддержки.
Наконец, я увидел Садовского. Сущий черт в камуфляже, он большими прыжками передвигался по низине. Его бросок был стремителен, как атака барса, движения быстры и при этом по-кошачьи мягки. Пули цокали вокруг него, будто маленькие серебряные молоточки, но он продолжал бежать, изредка останавливаясь и отстреливаясь из-за камней. Я налег на автомат и на одном дыхании выпустил четыре рожка, прикрывая его отход. Клекот пулемета, доносившийся из расщелины, свидетельствовал о том, что Спокойный достаточно просвещен в вопросах организации общевойскового боя и хорошо понимает свою задачу. Кинжальным огнем из двух стволов (для верности я долбанул по опушке из гранатомета) мы заставили бандитов остановиться. Садовский беспрепятственно пересек «линию фронта» и благополучно приземлился рядом со мной.
– Ну ты даешь, – не смог скрыть своего восхищения я.
– Принцип десанта – с неба об землю и в бой, – сказал он, восстанавливая дыхание. – А вы тут неплохо поработали. Сколько?
– Их было четверо. С нашей стороны потерь нет. А как у тебя?
– Один попал в ловушку-самострел, двоих гранатой наповал. Жаль «Носорог». Хорошая игрушка, при стрельбе рука почти не подпрыгивает. «Бизон» не в счет.
– Как ты думаешь, они еще полезут? – спросил я.
– Не полезут – попрут. По-моему, их интересуем не мы, а что-то другое.
Садовский взял свободный автомат и передернул затвор, готовясь к бою.
– Они ищут казну. С премиальными и деньгами, которые были заработаны на тотализаторе. Мне кажется, произошло вот что...
Я на минуту прервался, всматриваясь в движение на «переднем крае»: по всем признакам, бандиты готовились к штурму.
– От Миледи...
