Температура начала понижаться, хотя еще не было и полудня. Доминик надеялся, что Джорджиана, будучи хорошо укутанной, ничего не заметит. Все же праздновать победу было еще рано. Коварно усмехаясь, он снова повернулся к ней, мысленно выбирая из свежих сплетен те, которые в наибольшей мере послужат его цели.

По его приказу карета ехала прямиком в Хартли-Плейс. На месте они оказались вскоре после полудня. Доминик вышел первым и помог спуститься Джорджиане. Их встречали Дакетт и управляющий Дженнингс.

– Препоручаю вас Дакетту, моя дорогая, – сказал Доминик. – Я буду с Дженнингсом, если вам что-то понадобится.

Джорджиана, узнавшая Дакетта, очень обрадовалась его успокаивающему присутствию. Вдвоем они стали обходить комнаты дома. Выяснив, что Джорджиана не питает особой приязни ни к одному предмету мебели, Дакетт посоветовал передать все жене викария, занимающейся благотворительностью.

– Есть и еще одно дело, мисс, – добавил Дакетт, останавливаясь на верхней площадке лестницы.

Доминик как раз закончил обсуждение дел с управляющим, одобрив предложение превратить Хартли-Плейс в фермерский дом, и, заметив Джорджиану и Дакетта, легко взбежал по ступеням и присоединился к ним.

– Милорд, я как раз намеревался сообщить мисс, что, когда наши люди исследовали чердачные помещения, они обнаружили запечатанную комнату. К двери был придвинут старый буфет. Трое мужчин еле сдвинули его с места. Затем пришлось повозиться с замком, который, очевидно, не открывали долгие годы. Комната, похоже, служила мастерской, потому что в ней валялась ветошь и кое-где остались пятна краски. У стены стояло множество старых полотен. Мы не знали, что с ними делать, поэтому решили ничего не трогать до вашего приезда. Не хотите ли взглянуть, мисс?

Картины отца? Мастерская в Хартли-Плейс? Джорджиана ошеломленно смотрела на Дакетта.

Верно истолковав реакцию своей возлюбленной, Доминик взял ее за руку и положил себе на сгиб локтя.

– Ведите нас, Дакетт.

Следуя за дворецким, Джорджиана глубоко вздохнула:

– Ах, Доминик, если только…

Он посмотрел на нее сверху вниз, чрезмерно обрадованный тем, что она назвала его по имени.

– Терпение! Скоро мы все узнаем."

"Он помог ей подняться по узкой лестнице на чердачное помещение с низкими потолками. Белый участок на старой стене указывал на место, где раньше стоял буфет. Теперь дверь была приоткрыта. Дакетт распахнул ее пошире и отошел в сторону, пропуская Джорджиану вперед. Доминик отпустил ее руку и, прочтя в ее глазах сомнение, ободряюще кивнул.

Испытывая головокружение, Джорджиана переступила через порог, приподняв юбки, чтобы не испачкать их. Она тут же поняла, что оказалась в мастерской отца.