Поучения Тисте Анди

Пролог

- Я не знаю имени этого города, - пробормотал оборванец, теребя края тряпки, бывшей некогда роскошным плащом. Он носил плетеный кожаный ремень; на ремне висел длинный поводок, тоже потрепанный и ветхий. - Думаю, какое-то имя ему нужно, - продолжил он, повысив голос, стараясь перекричать яростно лающих псов, - но что-то воображение отказало. Да и вряд ли кому - то еще это интересно.

Женщина, с которой он дружелюбно заговорил, только что прибыла. Она мало что помнила о прошлой жизни. Своей собаки у нее никогда не было - но сейчас она обнаружила в руках поводок со злобной тварью, которая тащит ее по улице странного города, не забывая по пути бросаться на каждого встречного.

Наконец гнилой поводок лопнул, предоставив собаке возможность вырваться и напасть на пса, принадлежащего незнакомцу.

Два зверя старались убить друг дружку прямо посередине улицы. Вокруг не осталось никого, кроме их предположительных владельцев. Вместо пыли по сторонам уже летели брызги крови и клочья меха.

- Недавно тут был гарнизон, трое не знакомых между собой солдат, - сказал мужчина. - Но они один за другим пропали.

- Никогда не владела собакой, - отозвалась женщина, не сразу поняв, что это первые ее слова с самого… ну, с прошлого времени.

"

"- Как и я, - поддержал ее мужчина. - До сих пор мой пес был единственным в городе. Как-то странно. Никогда особенно не любил этих злобных тварей.

- И давно ли вы… гм, здесь?

- Не имею представления. Кажется, всегда.

Она огляделась и кивнула: - Я тоже.

- Увы, ваша собака, похоже, сдохла.

- Ох. И точно. - Она нахмурилась, глядя на конец оборванного поводка. - Подозреваю, что новый мне не нужен.

- Не будьте так уверены, - сказал мужчина.

- Кажется, здесь мы повторяем всё снова и снова. Слушайте, возьмите мой. Я им вообще не пользовался.

Она приняла свернутый ремешок. - Спасибо. - Поглядела туда, где скорчилась в пыли ее мертвая, порванная в клочья собака. Победитель полз к хозяину, оставляя кровавую полосу.

Все тут кажется странно искаженным, в том числе, как подумала она, и собственные побуждения. Она присела и бережно подняла изуродованную голову мертвой собаки, набросив на шею ременную петлю; затем опустила окровавленную голову на землю и встала, держа поводок в правой руке.

Мужчина уже стоял рядом. - Да, как-то непонятно всё, не так ли?

- Да.

- А мы думали, что жизнь непонятна.

Она метнула на него быстрый взгляд: - Значит, мы мертвы?

- Думаю, да.

- Тогда еще непонятнее. Меня должны были положить в склеп. Отличный, прочный склеп - я сама его видела. Богато украшенный, защищенный от воров, с флягами вина и сушеным мясом и фруктами для путешествия… - Тут она показала на свою рваную одежду: - Я должна быть в лучшем наряде, во всех своих драгоценностях.

- Богачка, значит.

- Да.