Найдена

Наметанный глаз игумена сразу отметил поношенную кожаную курку незнакомца, короткий топор за его поясом и рукоятку меча за плечом. Наемник… Как он очутился среди бояр Святополка? Туровец мало кому доверял…

Наемник едва приметно кивнул князю. Тот усмехнулся и принялся спускаться. «Этот! – понял Анастас. – Этот гад принес туровцу весть о смерти Владимира! А теперь копает под меня, настоятеля Десятинной… Безродный пес!»

Бояре один за другим спускались за князем в клеть. Последним мимо Анастаса прошел наемник. От его одежды пахло гарью.

– Мерзавец! – едва слышно прошипел Анастас.

Воин внимательно взглянул на херсонесца, но ничего не ответил, лишь покачал головой и пошел вниз. Анастаса так и подмывало столкнуть его с узких ступеней, но, если наемник сумеет удержаться, князю не придется обдумывать, как избавиться от неугодного настоятеля…

Святополк опустился на колени возле мертвого отца. Черные пряди волос упали на его склоненное лицо.

«Проклинает или просит о прощении?» – Анастас отвернулся от князя и покосился на наемника.

Тот бесшумно скользил вдоль стены, оглядывая старинную роспись.

Монахи и бояре не обращали на него внимания. «Чужак, – мелькнуло в голове Анастаса. – Нелюдь…»

– Покажи тело отца Киеву, игумен, – поднимаясь с колен, громко приказал Святополк. – Пусть простятся.

– Так и будет, – поспешно заверил тот.

Святополк поманил тучного воеводу Рикона:

– Киевлян кормить и поить два дня. Ничего не жалеть во славу нового киевского князя…

– Не все примут тебя, – прошелестел Рикон.

– Одаривай всех из казны. Пусть видят, что новый князь щедрее прежнего. Примут…

– Борис стоит лагерем на реке Альте. Многие будут ждать его возвращения, невзирая на дары, – упрямился воевода.

Святополк рассердился:

– Борис?! Пусть забудут Бориса! А те, что слишком ждут его, должны умереть. Нынче же ночью!

– Не пойму, князь, – прошептал Рикон.

Словно проснувшись, наемник оторвался от созерцания стен и шагнул к князю:

– Я понимаю.

«Умен и жесток», – про себя одобрил Святополк. Взгляд туровца скользнул по бледным боярским лицам. Никто из этих слизняков не годился в подметки наемнику.

На глаза туровцу попалось испуганное лицо Анастаса.

«А этот хитрец, – ухмыльнувшись, подумал князь.

 – Не пожелал выдать преданных Владимиру и Борису людей. Знает, что не посмею тронуть. Хотя… – Князь вспомнил о наемнике. – Я не смогу, а этот – сможет. И глазом не моргнет, только укажи… И ведьукажу!»

– Поди сюда, Горясер, – позвал он. – Возьми своих людей и разберись с предателями. А дорогу к ним укажет игумен. Понял?

Наемник кивнул.

– А Рикон, – не глядя на позеленевшего настоятеля, продолжил Святополк, – возьмет сотню и поедет в Туров, за моей женой и епископом Реинберном.