После его смерти она единственная искренне горевала о нем, в то время как остальные жены с удовольствием покинули этот дворец, всю жизнь бывший для них тюрьмой.

– Она не спит? – заходя в гостиную, спрашиваю сиделку, вышивающую, сидя на диване.

– Нет, ждет вас, Булат Булатович, – встает при моем появлении женщина.

Я направляюсь к спальне и постучавшись, заглядываю внутрь. Мама сидит у растопленного камина в кресле и выглядит бледнее обычного.

– Заходи, сынок, – говорит она, глядя на меня из-под тяжелых век.

Я закрываю за собой дверь и подойдя к ней, целую в лоб, прежде чем сесть на скамеечку у ее ног и взять за тонкую руку.

– Как ты сегодня, мама?

– Нормально. Не нужно обращаться со мной, как с инвалидом. Расскажи лучше, как продвигаются поиски Джалала.

– Пока никак, – вздыхаю я, не желая разговаривать с ней о своих проблемах.

Моя мать умная женщина, она быстро поняла, что никакими женскими чарами внимание отца не удержать и быстро стала для него надежным другом и партнером. Он разговаривал с ней так, как не мог ни с кем другим, делился своими проблемами и сомнениями. И мой единственный родной брат был таким же, они были очень близки, в то время, как я большую часть своей юности провел сначала в закрытой школе заграницей, а потом в университете. У всех детей моего отца были свои роли и мне досталась та, что предполагала большую свободу от семьи и традиций, но вместе с тем, заставила папу еще пристальнее следить за мной и контролировать, чем моих братьев. А также отдалила от моей матери.

– Ты обещал, что не будешь убивать, Булат, – в который раз напоминает она мне.

– Я не буду, мама. Пусть все решит закон. Я не хочу следовать дикарским привычкам папы.

– Ты уже решил все с Ахметовыми?

– Нечего решать, – отрезаю бескомпромиссно. – Они помогают ему. Из-за них он смог проникнуть сюда и убить папу

– Я говорила ему не иметь с ними дел, – вздыхает мама. – Зря он меня не послушал.

Да уж, зря. Почти год назад отец выдал замуж мою самую младшую сестру Раяну, которой едва исполнилось семнадцать, за сына главы клана Ахметовых. И эти шакалы не упустили шанс предать его ради наживы. Не знаю, что обещал им Джалал, но они купились, наплевав на все договоренности и родственные связи.

– Поздно теперь сожалеть. Но знаешь что? Я умру, но не позволю им уйти от наказания. Ни единому человеку!

– Не говори так, Булат! Ты единственный наследник своего отца. Ты – наш глава. Тебе нельзя умирать, слышишь?

– Успокойся, мама, я и не собираюсь, – успокаивающе улыбаюсь я, сжимая ее руку. – Ты же меня знаешь, я живучий.

– Удача может подвести в любой момент, Булат. Я уже потеряла твоего брата и отца. Не хочу пережить еще и тебя. Вот если бы ты женился и родил детей…

– У меня уже есть и жена, и сын, мама, – напоминаю ей.