Еще хуже было то, что Джорджиана совсем не была уверена, что хочет этого.

Своей комнаты она не покидала до тех пор, пока не наступило время ужина. Джорджиана надеялась, что присутствие Артура не позволит Белле наброситься на нее с вопросами о странном поведении Доминика. Однако Белла не проявила ни грана любопытства даже тогда, когда они ехали вдвоем в карете на бал. В душе Джорджианы зародились сомнения, уж не считает ли Белла нормой такое вопиющее поведение своего брата?

После того как Джорджиану представили лорду Ригдону, с которым она до этого не была знакома, девушка в сопровождении Беллы прошла в бальный зал и смешалась с толпой оживленно беседующих гостей. Все ожидали, когда начнутся танцы.

Присоединившись к кружку молодых леди, многих из которых она уже знала, Джорджиана приступила к привычному заполнению своей танцевальной карты, приняв приглашение лорда Эллсмера на самый важный вальс перед ужином. К ее удивлению, он также пригласил ее на другой вальс, назначенный на более раннее время. Это озадачило ее, так как лорд редко танцевал с ней два раза за вечер с тех пор, как она отвергла его предложение. Все же, считая его одним из кавалеров, которым можно доверять, Джорджиана с радостью согласилась танцевать с ним и первый вальс вечера.

Кружась по залу в объятиях лорда Эллсмера, Джорджиана впервые осознала смену своего статуса. На стульях вдоль стен восседали несколько пожилых леди. Судя по направлению их пронзительных взглядов и перешептыванию за открытыми веерами, они обсуждали ее. Это обстоятельство ее неприятно поразило. Позже, когда танец окончился и лорд Эллсмер вернул Джорджиану группе ее почитателей, она перехватила брошенный на нее завистливый взгляд леди Сабины Мэтчвик, одной из incomparables сезона.

Постепенно Джорджиана осознала, что, как Доминик и предсказывал, люди начали говорить о ней. Увидев подошедшую к ней Беллу, она не могла не поинтересоваться:

– Скажи мне, Белла, неужели это действительно так необычно, что твой брат сопровождал леди в прогулке по парку?

Белла посмотрела на нее честными голубыми глазами:

– Да. Я же тебе говорила. Доминик никогда так прежде не поступал.

– Ох.

При виде появившегося на лице Джорджианы удивления Белла рассмеялась и порывисто обняла подругу.

– Ах, Джорджи! Я так счастлива!

Приближение джентльменов, пригласивших их на следующий танец, положило конец разговору. Джорджиана механически исполняла котильон, едва ли сознавая, что делает. Танец сменялся танцем, и она наконец поняла, что адресованные ей кивки и улыбки выражают не возмущение и ужас, но что-то вроде завистливого одобрения. Великий боже! Лорд Элтон всего лишь отвез ее покататься в парк, и это стало равносильно признанию.